Вы находитесь здесь: Главная > Россия > Первым должен лететь

Первым должен лететь

Первым должен лететь „N 25″. За ним—через 10 минут — „N 24″. Немцы механики осматривают в последний раз моторы, мороз крепчает до минус 14°, но смазочные масла, жидкие до — 40° Ц., не боятся холода, так же, как и пилоты, защищенные тремя слоями славной исландской шерсти. В 5 ч. 25 м. Рисер-Ларсен пускает газ. Взрывая хрупкий наст, лыжи „N 25″ мчатся все убыстряющимся темпом. Нормальный разбег „Дорнье-Валь»—350 ж, но уже километр был пройден Рисер-Ларсеном, а самолет все еще не оторвался. Оторвется ли? 3100 кг груза вместо 2 500 нормальных — тяжелой гирей клонят его книзу.

Но вот скорость — 120 км и — рванув рулем высоты — самолет вздымается над землей. Дитриксон видит трудный взлет товарища, но не вздыхает облегченно… В самый последний момент он замечает трещину на полу кабины, трещину в стенке фюзеляжа, сквозь которую пробивается струйка воды. Им предстоит помокнуть на полюсе. Но Дитриксон не хочет идти назад. Он переводит руль высоты, и вскоре обе машины со скоростью 150 км несутся к полюсу. 20 часов полета небогаты впечатлениями. Острые торосы льда расстилаются всюду, куда хватает глаз.

„Сколько только несчастий на протяжении ряда лет ты не приносило, о бесконечное белое пространство, каких только лишений и каких только бедствий ты не видало. Но ты также повстречалось и с теми, кто поставил ногу на твое имя и силой бросил тебя на колени. Не припомнишь ли ты Нансена и Иогансена? Не припомнишь ли ты герцога Абруцского?

Комментарии закрыты.