Вы находитесь здесь: Главная > Россия > я приказал перенести

я приказал перенести

Видя все это, я приказал перенести исполнение приговора до следующей остановки.

— А сейчас все по местам!

Все бросились выполнять приказ. Юхан Петерсон занял место кучера полевой кухни. Лошади опять потащили орудия по бесчисленным сугробам.

На следующем привале Петерсон подошел ко мне.

— Товарищ командир, не один я крупу взял. Кашевары нашли этот мешок и, недолго думая, высыпали в котел. Конечно, моя вина больше, потому что я положил немного крупы в свой мешок с сухарями.

По происхождению Юхан Петерсон был сыном батрака и до прихода на батарею сам тоже работал мызным батраком. Петерсон и другие виновные перед всей батареей дали клятву никогда больше не трогать чужого имущества.

Петерсон попросил слова и сказал:

— Товарищ командир, когда я уходил из дома, чтобы добровольно вступить в ряды вашей батареи, отец предупредил меня, сказав, что в Красной Армии строгая дисциплина и я должен ее соблюдать. И вы говорили нам об этом … Видно, в одно ухо влетало, а из другого вылетало. Но теперь я на себе почувствовал дисциплину… Я искренне раскаиваюсь, товарищ командир, и обещаю, что впредь сам буду честным и других остановлю, если они надумают утащить что-либо у своего же брата трудящегося. Больше никогда ни у кого не будет оснований сказать про меня плохое!

И Юхан Петерсон не нарушил обещания, данного бойцам батареи.

Перед вечером 18 января батарея получила приказ отходить через Нарву и, переправившись на другой берег реки, занять позицию на территории Петроградской губернии.

Около полуночи батарея добралась до Нарвы. Наша колонна миновала площадь и свернула на узкую улочку, которая вела к деревянному мосту через реку.

— Кто идет? — донесся вдруг из темноты чей-то голос.

— Свои! —ответило сразу несколько бойцов батареи.

— Ах, свои! — опять послышался тот же голос, и тишину ночи разорвали взрывы гранат, пулеметные очереди, выстрелы и свист пуль. Весь этот огонь был направлен на нас. Падали лошади, гибли люди. Неподвижно замерли посреди улицы орудия. В темноте невозможно было различить ни стрелявших, ни их укрытий. Враги действовали совершенно безнаказанно.

В тот момент, когда началась пальба, я ехал рядом с командиром батареи в середине колонны.

Комментарии закрыты.